ВАЛГЕСАРЬ · WALKISAARI · WALKEASAARI · ВАЛКИСАРЫ · ВАЛКЕАСААРИ · VALKEASAARI · БЂЛЫЙ ОСТРОВЪ · КРАСНООСТРОВ · БЕЛООСТРОВ
 

Статьи о Белоострове

Мост через границу (часть I)
 

 

Из окна электрички, переезжающей через реку Сестру, бывшую в свое время границей между Россией и Финляндией, можно увидеть водозаборную станцию Архипецного. Она расположена на правом берегу, в ста метрах выше по течению от железнодорожного моста. В жаркие летние дни здесь обычно отдыхают жители дачного поселка Дюны. У самого берега, где купающиеся заходят в реку, хорошо виден ряд старых деревянных свай, торчащих из воды. Когда и для какой цели они были поставлены здесь? До поры до времени никто из жителей Белоострова не мог этого объяснить...

Ответить на эти вопросы стало возможным после работы авторов с архивными документами и проведения раскопок в этом районе. Оказалось, что безымянные сваи являются свидетелями целого ряда исторических событий, происходивших на российско-финляндской границе.

Суета вокруг моста

История эта началась ровно 140 лет назад — в 1867 году, когда для постройки Финляндской железной дороги через пограничную реку Сестру был перекинут временный деревянный мост. Он предназначался для перевозки материалов, необходимых для постройки железнодорожного моста. После окончания строительства временный мост разобран не был. На протяжении многих последующих лет местные жители, освоившие эти места с появлением железной дороги, переходили по нему границу, а при необходимости своими силами осуществляли ремонт моста. И все бы ничего, если бы в 1886 году мост не снесло ледоходом. Незначительное на первый взгляд событие вызвало целый шквал активности петербургских чиновников и местных жителей...

Из сообщения петербургского уездного исправника от 23 апреля 1886 года, направленного в Строительное отделение Санкт-Петербургского правления:

Пограничный мост"25 марта совершенно снесен льдом мост через реку Сестру близ селения Белоостров. Мост имел 11 саженей длины, 2 сажени ширины, бревенчатый, покоился на деревянных устоях. Ввиду того, что средствами предпринимателей, селящихся в Великом княжестве Финляндском, и местных жителей Белоострова в скором времени на месте прежнего моста имеет быть перекинут новый мост, что река Сестра в этом месте, имея ширину 10 саженей, глубока, быстра, с отвесными, высокими берегами, что уровень воды весною сильно возвышается, и что, следовательно, мост, построенный примитивным способом обыкновенными плотниками, может не соответствовать в стойкости местным условиям и поэтому небезопасен, имею честь покорнейше просить Строительное отделение, не признает ли оно возможным командировать техника для осмотра местности и составления конструкции предполагаемого к постройке моста, а до тех пор постройку его жителям не допускать".

В ответе Строительного отделения исправнику было разъяснено, что возведение пограничного моста между Россией и Финляндией не входит в компетенцию гражданского губернатора, а является прерогативой министра финансов, который уже извещен о случившемся. Впредь же Строительное отделение предложило исправнику докладывать любые сведения по этому делу, каковое предписание он выполнял с усердием.

Из сообщения исправника от 16 мая 1886 года:

"12 мая дачевладельцами, живущими на финляндской стороне, приступлено к сооружению моста через реку Сестру. Работу по устройству моста принял на себя подрядчик Евлампий Михайлов".

А 22 мая исправник направил два протокола полицейского дознания, в которых сообщал подробности строительства, размеры нового моста и предполагаемое время завершения работ — 1 июня.
Сообщения возымели действие, и канцелярская работа закипела...
27 мая начальник Санкт-Петербургского таможенного округа направил разъяснение губернатору по поводу несанкционированного строительства моста, в котором обращался к нему с просьбой:

"...Так как на открытие сообщения с Финляндией вновь проложенной через этот мост железной дорогою не было испрошено разъяснения у Таможенного ведомства, то начальник Таможенного округа просит Ваше Превосходительство воспретить возобновление моста, к чему, по полученным сведениям, уже приступают местные жители".

История вопроса

Однако прежде чем продолжить повествование, необходимо совершить небольшой экскурс в историю, чтобы было понятно, в какой обстановке происходили описываемые события. Начнем издалека.

Итак, еще в 1323 году по мирному Ореховецкому договору между Великим Новгородом и Швецией граница, разделяющая новгородские и шведские земли, была устанолена по реке Сестре.
В 1721 году после окончания Северной войны между Россией и Швецией в городе Ништадте был подписан мирный договор, по которому граница на Карельском перешейке устанавливалась севернее Выборга.
По Фридрихсгамскому миру 1809 года вся Финляндия была присоединена к российской короне. Она образовала автономное владение с титулом великого княжества и особыми полномочиями.
В 1811 году по указу Александра I Выборгская губерния вошла в состав великого княжества, которое, имея свои управление и законодательство, находилось в ведении генерал-губернатора, назначаемого российским правительством.
В последние десятилетия XIX века в Финляндии начался бурный рост промышленности, особенно в области деревообработки, производства древесной массы и писчей бумаги. Это привело к тому, что в Россию хлынул поток дешевых и качественных финских товаров. Для защиты русских промышленников на многие товары из Финляндии были введены значительные пошлины. Беспошлинно допускались к ввозу в империю только продовольственные товары, лесные и строительные материалы и деревянные изделия. Российские же товары ввозились в Финляндию без взимания пошлины (исключение составляли водка, табак, сахар, игральные карты и солодовые напитки).
Установление высоких тарифов на финские товары привело к резкому росту контрабанды. Для борьбы с контрабандистами империя была вынуждена в срочном порядке усилить границу в таможенном отношении.
С другой стороны, высокие пошлины привели к увеличению товарооборота Финляндии с западными странами, что, как следствие, способствовало росту национального самосознания. Великое княжество имело собственную конституцию, управление, валюту, почтовые марки и т. д. Посещавшие Финляндию русские с удивлением отмечали особенности местной жизни, а многие воспринимали ее как «заграницу».

«Закрыть проселочные дороги»

В соответствии с предписанием департамента таможенных сборов, принятого в 1881 году, за пять лет до описываемых событий, пересечение финской границы должно было происходить в местах расположения специальных переходных пунктов, где производились таможенный досмотр и уплата шоссейного сбора.
Дабы избежать уплаты податей в российскую казну, жители приграничного района проложили шесть проселочных дорог в обход переходных пунктов, что служило предметом постоянных нареканий на работу Таможенного ведомства. В связи с введением Российской империей новой таможенной политики в отношении Финляндии 19 марта 1885 года министр внутренних дел уведомил петербургского губернатора в том, что «границу нашу с Финляндией в таможенном отношении следует считать внешнею государственной границею, переход и переезд которой может быть дозволен лишь в определенных для того пунктах», и предложил последнему определить места расположения переходных пунктов с учетом местных условий.
В ответе губернатора было сказано, что в соответствии с законом проезд из Финляндии в Санкт-Петербургский уезд допускается только в четырех пунктах — в Коросарах, Корокомясах, Белоострове и Лисьем Носу, каковых вполне достаточно. Остальные дороги необходимо закрыть, в том числе и дорогу от станции Белоостров, пролегающую по земле деревни Редуголь и служащую по преимуществу сообщением дачного населения правой стороны реки Сестры с дачным населением Санкт-Петербургского уезда.
Однако в 1886 году чиновники, что называется, пошли навстречу местному населению. Они сочли возможным установить еще один переходный пункт и все-таки признали допустимым возобновление строительства пограничного моста у станции Белоостров, поскольку он был «необходим не только для обывателей, проживающих на финляндской стороне, но и для обывателей Сестрорецка по причине крайне дурного состояния дороги, идущей через деревню Редуголь».

Дачники восторжествовали — мост был построен. Но, как показали дальнейшие события, радость их была преждевременной.

Граница на замке?

Через шесть лет пограничному мосту вновь потребовался ремонт. Дачевладельцы с финской стороны обратились в Министерство внутренних дел с прошением по поводу проведения необходимых работ.

При изучении этого вопроса в МВД обнаружили невероятное: на границе с Финляндией, в Белоострове, под боком у имперской столицы, в течение шести лет существует никем не охраняемый переход через пограничную реку Сестру!

Как такое могло произойти в российском государстве?! Кто в этом виноват?

22 декабря 1892 года министр внутренних дел срочно потребовал разъяснение губернатора — почему не было исполнено отданное еще 1 сентября 1886 года указание об установке ворот с замком на границе с Финляндией?!

Необходимо пояснить, что, во-первых, к моменту описываемых событий в госучреждениях, через которые проходили бумаги по строительству моста, прошла большая, реорганизация (повлекшая за собой определенный беспорядок в делах), а во-вторых, с 1889 года Петербургом управлял новый губернатор, который и слыхом не слыхивал о существовании этого моста и впервые узнал о нем из министерского запроса, губернатор приказал в срочном порядке отыскать все необходимые документы по этому делу. Только 8 марта 1893 года уездный исправник смог хоть что-то сообщить губернатору по этому вопросу: «...Часть дел была передана в архив, часть — в учреждение земских начальников. Сейчас все ищут это дело».
Однако по мере обнаружения искомых бумаг в недрах чиновничьих архивов история моста стала понемногу проясняться. В результате выяснилось, что из-за задержки на получение разрешения на восстановление моста его постройка затянулась до конца лета 1886 года. 25 августа инженер Строительного отделения прибыл на станцию Белоостров, освидетельствовал мост и составил рапорт: «Осмотренный мною мост через реку Сестру может быть признан прочным, принимая во внимание, что через него не будут провозиться значительные тяжести». После признания Строительным отделением добротности моста дачевладельцы рассчитались с подрядчиком, согласно договору выплатив ему 180 рублей серебром. Но эйфория дачников продолжалась недолго. 29 ноября исправник передал местным жителям еще один документ, в котором губернатор Петербурга сообщал, что не встречает препятствий к открытию моста, но только в том случае, если будут выполнены дополнительные условия, выдвинутые Министерством финансов и МВД. Условия были таковы:

1. чтобы посередине моста были устроены за счет самих жителей решетчатые с замком ворота, которые и были бы отпираемы каждый раз лишь с разрешения управляющего местной таможни или его за местителя;
2. чтобы у ворот постоянно находился нанятый за счет тех же жителей сторож, через которого таможня могла бы получить извещение о прибывающих к воротам пассажирах.

Наступил летний сезон 1887 года, и, хотя требование установки ворот с замком никто не отменял, они так и не появились, о чем бдительный исправник сообщил в Строительное отделение. В ответе от 17 июля 1887 года слуга закона прочел: «Пропускные ворота должны быть». Исправник послал пристава произвести осмотр моста. Пристав осмотрел мост и записал в протоколе: «Ворот с замком не обнаружено». Видимо, не до конца поверив в искренность пристава, исправник лично посетил мост и удостоверился в отсутствии ворот. Надо полагать, его личные впечатления стали решающим фактором в развитии дела — 9 декабря полицией был составлен протокол, в котором сообщалось, что дачевладельцы Воробьев и Фельдбингер, ответственные за строительство моста, были извещены о дополнительных требованиях в ноябре 1886 года и "признали себя виновными в том, что не поставили ворота".
В начале 1887 года виновные предстали перед судом.
Из сообщения губернатора Санкт-Петербурга в Министерство внутренних дел от 26 апреля 1893 года:
"Мировой судья признал Воробьева и Фельдбингера невиновными. Мост находится в наблюдении Таможенного ведомства, а оно этот вопрос до 1886 года не возбуждало, поэтому в устройстве ворот надобности нет".
Несмотря на это, 6 июля 1893 года начальник Санкт-Петербургского таможенного округа донес губернатору, что "ныне местными жителями снова ведутся работы по ремонту моста, а посему от них необходимо наконец-таки потребовать соорудить ворота с замком, так как возможен переход ночью".
На полях вышеприведенного донесения губернатор написал: «Поставьте шлагбаум!». С тех пор «дыра» на границе была перекрыта полосатым шлагбаумом, что, впрочем никак не мешало мосту прогнивать и требовать ремонта примерно каждые шесть лет. Так продолжалось до 1917 года, когда жизнь всей страны круто изменилась.

Михаил и Алексей ЛОГУНЦОВЫ.

31 марта — 6 апреля 2007 года "СЕСТРОРЕЦКИЕ БЕРЕГА" №11 (91)


© BELOOSTROV.RU

 
список статей


Разработка и поддержка: Aqua$erg © 2006 - 2017