ВАЛГЕСАРЬ · WALKISAARI · WALKEASAARI · ВАЛКИСАРЫ · ВАЛКЕАСААРИ · VALKEASAARI · БЂЛЫЙ ОСТРОВЪ · КРАСНООСТРОВ · БЕЛООСТРОВ
 

Статьи о Белоострове

Задача для тайного советника
 

 

Задача для тайного советника

     Мы уже не раз писали о знаменитой семье дворян Ольхиных - белоостровских землевладельцев и успешных предпринимателей, чья фамилия в своё время гремела на всю Россию, а ныне незаслуженно забыта. Представители этого семейства были наделены самыми разными талантами и способностями, что позволяло им с честью выходить из трудных ситуаций. Одну из таких историй мы и расскажем сегодня.

     Наследники
     В 1746 году на притоке реки Сестры у подножья белоостровских гор петербургским купцом Елеазаром Ольхиным была построена первая в этих местах плотина и мельница для обдирки перловой крупы. Дела двигались хорошо, вскоре Ольхин построил поблизости несколько бумажных фабрик и приступил к производству бумаги. Поскольку потребление бумаги в империи неуклонно росло, развивалось и производство на Ольхинских фабриках - уже в конце XVIII века наследники Елеазара Ольхина были общепризнанными бумажными королями России.
     В 1881 году крупное землевладение наследников Ольхиных (сравнимое по площади с территорией нынешнего Курортного района), оасположенное в двух волостях - Белоостровской и Лемболовской, "по полюбовному разделу" распалось на два самостоятельных поместья. Лемболовское, с усадьбой в Елизаветинке, стало принадлежать наследникам камер-юнкера Николая Александровича Ольхина.
     Белоостровское поместье с усадьбой в Александровке отошло к наследникам генерал-лейтенанта артиллерии Александра Александровича Ольхина.
     В начале 1880-х годов доходы наследников генерал-лейтенанта складывались в основном из платы за аренду своих бумажных фабрик и заводов. Также они сдавали в аренду часть своих земель в Белоостровской волости.
     Для увеличения доходов наследники решили торговать лесом. Вырубку предполагалось производить на участках, расположенных около деревень Термолово и Каллелово. Лес от мест вырубки до железнодорожной станции Белоостров удобнее и дешевле было сплавлять по реке Сестре - она протекала вдоль границы имения и весной была достаточно полноводна.
     Зимой 1882-1883 годов Ольхины приступили к вырубке леса, предназначенного для весеннего сплава.

Увеличить
Солдаты и офицеры Раяйокского
отряда отдельной пограничной стражи.
фото начала ХХ в.

     Сплавной билет
     Уже весной, в момент полной готовности к сплаву, Ольхины натолькнулись на препятствие, задержавшее начало первой навигации на несколько недель, - по существовавшему в то время положению о сплаве леса по несудоходным рекам требовалось подать заявление в полицейское управление и получить билет, регламентирующий условия сплава. Такие билеты выдавались в целях надзора за сплавом (дабы каждый сплавщик соблюдал очерёдность и сроки сплава), а также для контроля за возмещением возможного ущерба, наносимого владельцам прибрежных земель.
     Из заявления управляющего имением наследников генерал-лейтенанта Ольхина А.Я.Котлярова приставу 2-го стана СПб уезда от 10 апреля 1883 года:
     "Имею честь покорнейше просить Ваше Высокоблагородие о скорейшей выдаче мне билета на сплав лесных материалов, заготовленных в имении наследников Ольхиных в количестве 1690 кубических саженей мешанных дров и еловых брёвен 3-саженных 811 штук и 4-саженных 780 штук.
Весь означенный лесной материал находится в настоящее время на берегу реки Сестры при деревнях Каллелово и Термолово, оттуда и будет сплавлен по реке Сестре на белоостровский склад г.г. Ольхиных около станции Финляндской железной дороги."

     Первый лесосплав показал наследникам необходимость устройства склада у станции Белоостров. О погрузке лесоматериалов в вагоны и их продаже в Петербурге они договорились с купцом 1-й гильдии Карлом Фёдоровичем Виндбергом, торгующим под маркой "Мейер и Ко".
     Из прошения К.Ф.Виндберга приставу 2-го стана Санкт-Петербургского уезда от 15 декабря 1883 года:
     "Имею честь покорнейше просить Ваше Высокоблагородие об исходатайствовании мне разрешения на склад лесных строительных материалов в местности вверенного Вам стана близ станции Белоостров на пустопорожнем месте, принадлежащем крестьянину Ивану Лукину. При сем прилагаю подписку Лукина о неимении препятствий на означенный склад на его земле".
     21 мая 1884 года специальная комиссия произвела осмотр местности под склад и не нашла препятствий к его устройству у станции Белоостров.
     В июле 1884 года губернское правление выдало Виндбергу разрешение на устройство склада при условии, "чтобы означенный склад лесных материалов находился в расстоянии от пограничной черты отчуждения не менее 10 саженей".
Столица Российской империи остро нуждалась в строительных материалах, что способствовало увеличению вырубки леса в имении Ольхиных. В те годы наследники Ольхины были единственными сплавщиками на реке Сестре. Поэтому к 1892 году объём сплавляемых ими дров увеличился в 1.5 раза, а брёвен - более чем в 4 раза по сравнению с 1883 годом.

     Ольхины + Эклев
     Однако, в марте 1896 года на реке Сестре появился ещё один сплавщик леса - уроженец Финляндии, Август Эклев. Он заготавливал лес на финской стороне, на правом бергу реки Сестры, сплавлял по воде и выгружал его недалеко от русской деревни Старый Аллакуль (Vanha Allakylä - прим.Aqua$erg), откуда потом доставлял гужевым транспортом на станцию Куоккула (ныне Репино).
     Около Старого Алакуля в месте выемки леса из реки сразу образовался затор из лесных материалов двух сплавщиков - Ольхиных и Эклева. Это привело к подъёму уровня воды и затоплению крестьянских участков земли на русском берегу.
     Первый же год продажи строительного леса убедительно показал Эклеву, что не брёвна, а строительные доски являются более ходовым товаром, и их производство приносит более весомую прибыль. В 1897 году он создаёт акционероное общество "А.Эклев" и строит на правом берегу лесопильный завод, позволяющий производить распиловку большого количества брёвен на строительные доски.
     Обычно заготовки леса и дров производились в течение всей зимы, когда замерзали болота и появлялась возможность подвозить брёвна к берегу реки по снегу. Сплав был возможен только во время весеннего таяния снега, когда уровень воды был достаточно высок. К марту владельцы лесоматериалов по количеству заготовленных брёвен могли уже достаточно точно определить ту прибыль, которая их ожидала после лесосплава и продажи товара. Любая задержка по времени грозила огромными убытками, ведь срок половодья был достаточно короток. Для проведения лесосплава требовалось большое количество рабочих-сплавщиков. Работы были сезонными и производились в то время, когда на полях ещё лежал снег, а крестьяне только готовились к весеннему севу. Для местных жетелей, как русских, так и финнов, после долгой зимы представлялась прекрасная возможность заработать хорошие деньги уже в апреле.
     Эта своеобразная технология была хорошо отлажена и работала из года в год, но теперь стало очевидным, что в навигации 1898 года объём сплавляемого леса должен был резко возрасти, что грозило образованием большого затора при сплаве и, как следствие, потерей прибыли для обоих сплавщиков. Поэтому Эклев и Ольхины пришли к решению перенаправить воды реки Сестры в том месте, где она делает петли, по прямой, прокопав в двух местах перешейки. Это ускорило бы процесс сплава. Сказано - сделано, и вот уже нанятые Эклевом работники взялись за лопаты...
     Владельцы леса и сплавщики уже прикидывали в уме заработные суммы, как вдруг произошло неожиданное - предполагаемый сплав был приостановлен русской пограничной стражей.

     Инцидент на границе
     Из рапорта командующего Раяйокским отрядом отдельной пограничной стражи поручика Высоцкого от 21 марта 1898 года:
     "Я вместе с урядником 3-го стана Санкт-петербургского уезда Игнатием Заборовским составили протокол о нижеследующем:
     Крестьянин деревни Старый Аллакуль Гаврило Кабоне на принадлежащей ему земле близ граничной с Финляндией реки Сестры без всяких разрешений начал производить земляную работу с тем, чтобы отвести русло реки Сестры на на протяжении 7 саженей и отрезанный таким образом кусок земель передать в аренду финляндскому уроженцу Августу Эклеву. На заданный мной вопрос, с чьего разрешения производятся работы, крестьянин Кабоне заявил, что разрешения у него нет и дальнейшую работу он прекращает".

     Одновременно поручик Высоцкий сообщил о происшествии в полицию.
     На первый взгляд незначительный пограничный инцидент на самом деле мог привести к полному срыву сплава леса в 1898 году.
     Напомним, что, несмотря на то, что Финляндия формально входила в состав России, русско-финляндская граница охранялась со всей строгостью - в первую очередь по экономическим соображениям (из циркуляра МВД от 19 марта 1885 года: "...границу нашу с Финляндией в таможенном отношении следует считать внешнею государственной границей, переход и переезд которой может быть дозволен лишь ы определённых для того пунктах...").
     А в обязанности пограничной стражи помимо всего прочего входил и такой пункт: "Охранять черту государственной границы и не допускать, чтобы в 875-саженной полосе от границы возводились без разрешения начальства новые постройки". Поэтому неудивительно, что бдительный поручик Высоцкий остановил несанкционированные работы в пограничной зоне. Тем более, что изменение русла реки могло изменить границу между Финляндией и Россией.

     Как хорошо быть генералом...
     Итак, в пограничном конфликте, случившемся 18 марта 1898 года у деревни Старый Аллакуль, произошло событие, которое квалифицировалось, как самовольное строительство в пограничной полосе. Помочь владельцам леса избежать огромных убытков от задержки сплава могло только спешное решение проблемы. За решение непростого вопроса взялся один из наследников - тайный советник (соответствует чину генерал-лейтенанта), член совета министра финансов Сергей Александрович Ольхин.
     Предполагалось, что ему, находящемуся на высоком государственном посту, не составит большого труда решить эту задачу в течение нескольких дней. Но всё оказалось далеко не так просто.
     О происшествии на границе Сергей Александрович узнал из рапорта поручика Высоцкого и, отложив все дела, ради решения проблемы был вынужден встретиться с большим количеством руководителей различных департаментов, в результате чего появилась на свет объёмная папка разнообразных документов, часть из которых мы приводим ниже.
     Из письма начальника таможенного округа командиру Санкт-Петербургской бригады пограничной стражи от от 24 марта 1898 года:
     "...Ольхин сообщил мне лично, что пограничная стража воспрещает прорытие канавы. Посему тайный советник Ольхин просит о снятии такого запрещения как незаконного. В ответ на это я высказал Его Превосходительству, что действия пограничной стражи от начальников таможенных округов не зависят, и всё, что я вправе и могу сделать в данном случае, ограничивается заявлением госп.командиру здешней бригады, что к прорытию канавы, ни малейше не изменяющей настоящую черту границы, не может быть с моей стороны никаких препятствий. При этом я высказывал тайному советнику Ольхину в виде предположения или мнения, что едва ли могут быть воздвигаемы какие-либо препятствия к тому и со стороны пограничной стражи, но, впрочем, решение этого вопроса принадлежит непосредственному здесь начальству её, если оно само сочтёт себя компетентным в таком деле. Госп. тайный советник Ольхин просил меня, по крайней мере, сообщить Вашему Превосходительству, что я ему обещал и что сим и исполняю.
     Начальник таможенного округа Львовский"
.
     Имея на руках вышеприведённый документ, Сергей Александрович встретился с командиром пограничной бригады, который, посетовав на длительный ход переписки между госучреждениями, разъяснил Ольхину, что управлением пограничной стражи три месяца назад был подготовлен документ, указывающий на порядок подачи прошений владельцами вододействующих сооружений для получения разрешения на подобные строительные работы. И тут же дал указания подполковнику Кленовскому срочно расследовать пограничный конфликт.
     Из рапорта подполковника Кленовского командиру Санкт-Петербургской бригады пограничной стражи от 26 марта 1898 года:
     "...доношу Его Привосходительству, что по лично произведённому 26 марта 1898 года в присутствии сына тайного советника Ольхина расследованию на месте, указанном в протоколе (поручика Высоцкого - М.Л.), оказалось следующее: купец Эклев предполагает сплавить 27000 брёвен. Г-н Ольхин в то же самое время предполагает сплавить свой лес к станции Белоостров. Полноводие реки Сестры продолжается около трёх недель, в продолжение которых необходимо сплавить весь заготовленный в течение года лесной материал. В противном случае хозяевам, по заявлению г-на Ольхина, убытков 50000 рублей...
     ...полагаю,что прорытая канава, по моему мнению, не нарушает государственной границы и демаркационной линии, т.к. река Сестра мелководна и в этом месте даже проходима. И только временно, в половодье, может служить для сплава леса"
.
     27 марта 1898 года командир бригады пограничной стражи направил переписку по делу тайного советника Ольхина губернатору Петербурга графу Толю, и наконец 31 марта Ольхин получил долгожданный ответ:
     "Имею честь уведомить Ваше Превосходительство, что к прорытию означенной канавы для сплава леса по реке Сестре никаких с моей стороны препятствий не встречается, о чём и дано знать мной Санкт-Петербургской полиции для сведений.
     Губернатор Санкт-Петербурга граф Толь"
.

     Таким образом, тайный советник Ольхин сумел решить сложнейшую бюрократическую задачу всего лишь за неделю, что в те времена было возможно только при его чине.
     Но только ли в те времена?


Михаил Логунцов
"Сестрорецкие берега" № 26 (14-20 июля) 2007 г.

© BELOOSTROV.RU

 
список статей


Разработка и поддержка: Aqua$erg © 2006 - 2017